В сегодняшнем Евангельском повествовании мы только что услышали слова Спасителя, обращенные к Нафанаилу: «Прежде чем позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницей, Я видел тебя» (Ин. 1:48). Эти слова не только раскрывают всеведение Господа нашего Иисуса Христа, но и свидетельствуют о том, что Он поистине Сын Божий, воплощенное Слово Божие, о котором святой апостол и евангелист Иоанн Богослов говорил ранее в этой же главе, в прологе своего Евангелия, и которое Нафанаил спешит исповедать: «Равви, Ты – Сын Божий, Ты – Царь Израилев» (Ин. 1:49).
Действительно, эти слова Спасителя относятся к эпизоду из Книги Бытия, читаемой на вечерне в пятницу первой недели Великого поста, где после грехопадения прародителей Творец ходил по Эдемскому саду в поисках Адама и Евы, спрятавшихся среди деревьев и прикрывших свою наготу фиговыми листьями, которую они только что обнаружили из-за своего греха (Быт. 3:7-9). Там Творец взывает: «Адам, где ты?» (Быт. 3:9), пытаясь пробудить совесть Адама. Но, отказавшись от покаяния, прародители изгоняются Богом за непослушание. Здесь, в евангельском отрывке, Спаситель обращается к Нафанаилу, возвещая ему исполнение тайны спасения: «оттого что Я сказал тебе: Я видел тебя под смоковницей — ты веришь? Увидишь больше этого.». И сказал ему: «истинно, истинно говорю вам: увидите небо отверстым, и ангелов Божиих восходящих и нисходящих на Сына Человеческого» (Ин. 1:50-51).
Ибо то, что святой патриарх Иаков некогда созерцал в прообразе, увидев во сне лестницу, установленную на земле, вершина которой достигала неба, и ангелы Божии восходили и нисходили по ней (Быт. 28:12), теперь стало реальностью, когда «Слово стало плотью и обитало среди нас» (Ин. 1:14). Эта невыразимая тайна, «сокровенная на протяжении веков и родов, которая теперь же была явлена святым Его» (Кол. 1:26), именно эта тайна Боговоплощения и является предметом сегодняшнего торжества. Ибо торжество Православия, празднуемое сегодня, лишь косвенно связано со святыми иконами, которые ныне украшают наши святые храмы и которые по праву являются объектами нашего почитания.
Действительно, когда византийский император Лев Исавр установил иконоборчество как свою политическую линию, основанную на буквальном толковании библейской заповеди «Не делай себе кумира […] и не поклоняйся ему» (Ис. 20:4-5), издав в 730 году эдикт, осуждающий почитание святых икон и сместивший святого патриарха Германа Константинопольского, тогда Святая и Великая Церковь Христова увидела в этом опровержение тайны Боговоплощения.
В своих проповедях преподобный Иоанн Дамаскин объяснял, что иконописное изображение и почитание святых икон стали возможны благодаря Воплощению Слова Божьего, «так как Бог по милосердию Своему поистине сделался человеком ради нашего спасения… по существу воистину сделался человеком и жил на земле, и вступил в единение с людьми, творил чудеса, пострадал, был распят, воскрес, вознесся, и все это случилось поистине и было видимо людьми». Затем преподобный уточнил, что «отцы усмотрели, чтобы это, подобно тому, как некоторые подвиги, было рисуемо на иконах, для краткого напоминания», потому что «увидев изображение распятия Христова, придя к воспоминанию спасительного страдания, павши – поклоняемся не веществу, но Тому, Кто изображается» (Точное изложение православной веры, 89). Поэтому, по мнению Святых Отцов, отвержение иконы и её почитания отвергало реальность воплощения Слова Божьего, и в связи с этим отцы-богословы считали иконоборчество высшей ересью, ставящей под сомнение тайну спасения человечества. Неудивительно, какую важность для Церкви приобрело восстановление почитания святых икон в первое воскресенье Великого поста в 843 году. С тех пор мы отмечаем в этот день торжество Православия.
Православие является истинным учением, поскольку оно открывает нам тайну спасения человечества: тайну Воплощения Слова Божия, сотворившего человечество по Своему образу (Быт. 1:26-27), и пришедшего, как «образ невидимого Бога» (Кол. 1:15), чтобы восстановить этот помраченный образ в человечестве и преобразить его «в тот же образ от славы в славу» (2 Кор. 3:18). Православная вера — это не что иное, как свидетельство тайны спасения человечества. Таким образом, православная вера проявляет филантропию и милосердие Бога, Который не желает смерти грешника, но желает, чтобы тот обратился и жил (Иез. 18:32). «Сия вера апостольская, сия вера отеческая, сия вера православная, сия вера вселенную утверди», — как восклицает Синодик Православия.
Утверждать, что Православие — это что-либо иное, кроме тайны спасения человечества, превращая его, например, в политическую идеологию, внося в Церковь ссоры, соперничество и национальные разделения, — значит искажать Православие, противопоставляя его универсальным евангельским принципам любви и милосердия. У Церкви, безусловно, есть миссия в мире, в обществе, но эта миссия заключается лишь в проповеди Благой Вести о спасении и в совершении святых таинств для передачи вечного спасения всему человечеству, а также в милосердии и благотворительности для обеспечения благополучия человечества в мире. Именно с этой целью Церковь должна всегда быть рядом с людьми в обществе, чтобы обеспечить их духовное и материальное спасение, и исключительно с этой целью она сотрудничает с государством, поскольку последнее гарантирует благополучие людей, их права и свободы. А стремление подчинить Церковь государству — это не что иное, как желание служить кесарю, а не Богу, что в конечном итоге становится формой идолопоклонства.
И наоборот, искушение отгородиться от мира и насущных проблем человечества порождает другую проблему: секуляризацию. Секуляризация заключается в маргинализации Церкви и религии в целом в обществе, что приводит к отделению человечества не только от Бога, но и от остального творения, часто с негативными последствиями, известными нам для окружающей среды. Таким образом, секуляризация отвергает призвание человечества стать евхаристическим существом: призванным прославлять Бога и благодарить за дар творения. Однако Православие также означает приношение Богу справедливой хвалы за все благословения, которые мы получили от Него: за наше существование, за все человечество, за животный и растительный миры, за все творение и, прежде всего, за тайну спасения, которую Он совершил ради нас.
Наконец, Православие неразрывно связано с «ортопраксией», с правильным действием. «Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва», — говорит нам святой апостол Иаков (Иакова 2:26). По этой причине мы не можем сводить Православие к пиетизму, то есть к формальному благочестию, или к какой-либо форме нового фарисейства, или тем более к фундаментализму. Истинное Православие неразрывно связано с культурой солидарности и филантропии. Истинное Православие не может ограничиваться почитанием икон в полном безразличии к ближнему. Напротив, истинное Православие проявляется в служении каждому человеку через образование, медицинскую помощь и другие дела милосердия, такие как забота о бедных, одиноких пожилых людях, больных, бездомных и во всём, что мы делаем для нуждающихся братьев наших, являющих себя живой иконой Христовой (ср. Мф. 25:40).
Сегодня перед нами и современным Православием стоит множество вызовов. Давайте ответим на них, оставаясь подлинно верными Евангелию и следуя Отцам нашей Святой Церкви в соответствии с их духом. Открытые небеса, о которых говорит наш Господь и Спаситель Иисус Христос в сегодняшнем Евангелии, — это те, которые Он Сам открыл Своим пришествием к нам, и Он приглашает нас подняться к ним через Свою Церковь, которую Он основал и которая является вратами небесными. Да, Сын Божий стал Сыном Человеческим, чтобы дети человеческие стали детьми Божьими. Но чтобы стать детьми Божьими, мы должны сначала стать настоящими людьми, отвернувшись от своего эгоизма и животной природы. Обожествление человечества начинается с процесса гуманизации. Давайте постараемся стать настоящими людьми – носителями образа Божьего, взращивая гуманизм и солидарность с ближними, совершая дела милосердия и благотворительности, к которым призывает нас Спаситель наш. Только так мы восстановим в себе образ Бога, нашего Творца и Спасителя, Которому принадлежит слава и почитание во веки веков. Аминь.
Анталия, 1 марта 2026
